Новороссия
готовит новости

Никем не произнесенное признание

Никем не произнесенное признание

Рубрика: Война и Мир -

Понимаешь, я всегда любила Россию. Это одно из тех чувств, которое просто находишь в себе еще будучи ребенком, не думая, откуда оно в тебе.

Родители часто обсуждали её историю, политику (да всю её жизнь), а однажды мы сделали больше (по нашим меркам) путешествие в Петербург. И я считала всегда себя русской, ну знаешь, как состояние души, самоопределённость (одна из первых в юношестве). Мне казалось странным говорить, что я украинка, — это просто звучало странно, вот и всё. Как будто вам странно, что ваш друг назвал вас по фамилии, вместо привычного прозвища. Когда вот говоришь с иностранцем, пьешь с ним водку не закусывая, — ну какой ukrainian, нет, это russian style.

Мне не нравился этот державний пафос, который источали некоторые люди…знаешь, которые манерно говорят по-украински, носят сорочки так напоказ… Я в отместку всегда говорила с ними по-русски. Но когда я ездила на Западную Украину, я с удовольствием (и без особых трудностей) говорила на украинском языке с местными жителями. Некоторые казались мне весьма хорошими людьми, даже очень радушными; некоторые таки проявляли это особое отношение западенца к донецкому, что, конечно, не радовало, но и не озлобляло. Я даже думала на украинском там. А выбирать на каком языке говоришь и тем более думаешь — это ведь часть той самоопределённости. Для меня это решалось интуитивно — я говорила на том или ином языке в той среде, где он действительно живёт.

Получалось, что все это было одним целым, что-то мне нравилось и к чему-то я тяготела, а что-то смущало и я не чувствовала к этому просто ничего. Не ненависть, а именно ничего. Тот самый момент, когда понимаешь, что воспитан на другой, большой истории. А малой я и не интересовалась — в школе об этом говорили мельком, не пытаясь заинтересовать, а в семье говорили о других ипостасях.

 

_005

 

И вот, я любила Россию, не имея ничего против своей страны. И тут эта Россия для меня становится (по заверениям всё большего количества людей) агрессором. Окружение, моя среда обитания ставит меня перед выбором: я за свою страну — или против. И оказывается, что надо любить Украину вопреки России — хотя я никогда даже не думала, что этот выбор существует. (По прошествии времени я все же поняла, что это присутствовало и тогда, но не так ярко выражено).

И когда меня начали спрашивать — ты за кого? — мне становилось ужасно неудобно.

Я, оказывается, не могу ответить на этот вопрос.

А ведь, оказывается, сегодня важно отвечать. Если хочешь быть здоров, будешь, кстати, отвечать по-разному.

Мне не был доступен смысл этого выбора (тут, кстати, сказывается привязка к мирной юношеской жизни, которая у меня только закончилась), — мне в голову не приходило разделять эти страны, а точнее даже идеи, в моём сердце. Разделять любовь к ним. Она одна. К каждой — своя, но такая неотделимая. Как будто поссорились два ваших родителя, и вам нужно выбирать с кем жить.

 

_006

 

И когда этот выбор делаешь — начинаешь присматриваться, а как же. В ссоре все проявляют свое нутро, хотят они этого или нет. И здесь проявили. И я проявила, вспомнив свои детские тяготения.

Этот выбор тем интереснее, что все осложняется кровавым абсурдом, который просто сжирает душу. Я все время описываю это самыми страшными словами: абсурдный, жестокий, кровавый, алчный, разрушающий, опустошающий, пожирающий…

Во всей ситуации гораздо больше проблем, и все они из разного теста, но все почему-то упрямо пытаются свести всё к общему знаменателю. Миллионы историй с разными сюжетами, но мораль все приводят одну и ту же. Абсурд, скажете вы? А я о чем и говорю.

К кому-то вообще приходила мысль, что человек может согласиться на другой цвет флага над своим домом, но при этом не желать убить кого-то для этого…? Если бы думали так, наверное, первый выстрел так бы и не прозвучал.

Украина всегда ожидала самого плохого, отчего всегда казалась радикальной в простых вопросах, и от чего, кстати, забрасывала текущие дела. Предсмертная отрешенность, но какая, блин, амбициозная.

Чего стоит гимн. А ведь когда-то, классе в девятом, мы всем классом бурно пришли к мысли, что гимном страны надо сделать стих «Любить Украину». Мы учили первые четыре строфы, поэтому он казался идеальным для такого дела.

Но нет. Мы продолжали рефлексировать на том, что конец близок, но еще не наступил.

Сколько я живу — столько и рефлексировали, кстати. Возможно, во мне это и оставило некоторый фатализм.

 

_001

 

*

Возможно, я повторю чужую мысль, но…

Я не могу однозначно сказать, что я ненавижу сейчас одну сторону и беззаветно влюблена в другую. Опасная в наше время неопределённость, но только в ней, почему-то, удается сохранить себя. Самоидентификация, выросшая во мне за мой недолгий век, все мои чувства и все представления о мире — всё это сегодня просто нивелировано, аннулировано и послано в Ж… Сегодня нельзя так. Сегодня ты либо с нами, либо против нас.

Нет. Я не ненавижу Украину. Я ненавижу то, во что она превратилась. Я не могу простить все то, что привело к этому.

Есть одна большая любовь. Но я не полюблю никогда тех, кто оказался способным стрелять в других людей по любым причинам, кто оказался способным желать смерти и люто ненавидеть кого-то за его картину мира. Я не хочу ненавидеть. Потому что ненавидят как раз они, и я вижу, к чему приводят такие чувства… Но они заставляют чувствовать отвращение.

Есть патриоты, а есть слетевшие с катушек фанатики абстракций. Есть мальчики в окопах, а есть ублюдки с оружием. Есть волонтёры, а есть охотники до наживы. Есть беженцы, а есть сбежавшие. Есть вынужденные переселенцы, а есть предатели.

Ни то, ни другое, неистребимо в жизни. И то, и другое присутствует на равных. Как говорилось в полувымышленной индейской мудрости, победит то, что мы подкармливаем. И, к моему ужасу и отчаянию, я вижу, что именно подкармливает общество…

Все чаще кажется, что мы просто не там проводим линию разграничения. Мы решили сделать её в одном месте и не заметили, насколько уродливо она сходится с реальностью, делая её абсурдной.

 

_007

 

Слава Украине

 

Они кричат Слава Украине. Что ж, она славится по всему миру. Она славится невозможными вещами.

Мы добились своего, торжествуйте! Мы вписаны в учебники истории, политологии, международных отношений и т.д.

Теперь любой иностранец не будет любезно кивать, делая вид, что знает, где находится Донецк или Киев.

Мой маленький городишко, в котором я родилась и выросла, о котором у меня спрашивали киевляне «А это вообще где?», — мой городишко побывал на карте, опубликованной на передовице известной американской газеты с внушительным тиражом. Уверена, никто из американцев не прочитал его название верно, но он был там, мой город. Он был там отмечен потому, что рядом Иловайск, в котором в тот момент нагревался «котёл». Иловайск, мелкая родинка на теле нашей страны — сколько стран с трудом ворочало языком, произнося его имя в сводках этих пафосных BREAKING news? Потом они учились произносить имя Дебальцево, Углегорск, Чернухино…

А слово Майдан, что по украински значит площадь, сегодня звучит как геополитическое событие. С этого слова начинаются разговоры о переделе мировой собственности и интересов, о мировом кризисе и ссоре народов.

Вот это слава.

Слава Украине, которая ещё не умерла.

Кричите дальше.

 

Донецкая девочка

 

_008

 

_002

 

_009

 

Фото Игорь Старков

22 Фев, 15

Об aвторе

 

 

Похожие записи